Наши войска заняли Париж. Россия стала первой державой мира. Теперь всё кажется возможным. Молодые победители, гвардейские офицеры, уверены, что равенство и свобода наступят — здесь и сейчас. Ради этого они готовы принести в жертву всё — положение, богатство, любовь, жизнь… и саму страну.
1825 год, конец Золотого века России. Империю, мощи которой нет равных, сотрясает попытка военного переворота. Мир меняется стремительно и навсегда...


ЖАНЕТТА ГРУДЗИНСКАЯ ПИШЕТ:
“С неделю назад Грудзинская верит в происходящее меньше прочих, раз — а то и два — теряет самообладание. Невозможно. Не верит. Ни с кем не хочется говорить, в то время как от количества советов начинает до невозможного болеть голова. Ссылаясь на это, старается почаще оставаться в одиночестве, а значит тишине, нарушаемой разве что разговорами где-то в ближайших комнатах. Советы благополучно оставались там же на какое-то время. Всё равно на следующее утро будет привычный уклад, ничего такого. Самообладание вернется уже за завтраком.”
[читать далее]

1825 | Союз Спасения

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » 1825 | Союз Спасения » Архив эпизодов » Букет розмарина и руты


Букет розмарина и руты

Сообщений 1 страница 10 из 10

1

Если ветер в лицо - не гнись,
Если горе нагрянет - крепись

https://forumupload.ru/uploads/001a/c7/2f/61/t22313.png https://forumupload.ru/uploads/001a/c7/2f/61/t51775.png
Букет розмарина и руты
Александр Раевский, Екатерина Бибикова
дом Бибиковых в Санкт-Петербурге; март 1826 года; G
http://www.pichome.ru/images/2015/08/31/3FqWcfL.png
В доме Бибиковых появляется неожиданный визитёр, который может хоть что-то больше рассказать об этом бунте.

+4

2

[indent]Петербург уже который месяц гудел, как потревоженный улей. События, произошедшие на Сенатской площади в декабре, незримой волной всколыхнули всю Россию, прокатившись по самым отдаленным ее уголкам.
[indent]О восстании Черниговского полка Александр узнал не так давно. Во время произошедших в январе событий он был сам под арестом. Хорошо, что было разрешено ехать в своих санях, со своими людьми и взять с собой необходимое в дорогу. В Петербурге ему  тоже жаловаться было не на что.  Поместили их в здании Главного Штаба, потеснив при этом самого генерала-квартирмейстера Толя. И офицер, находившийся при них, был вполне лоялен, разрешив при этом даже ходить в кондитерскую Лореда, взяв с арестованных слово, что они не уйдут. По словам Дмитрия Иринархович Завалишина, все это можно было назвать вполне приятным нахождением в гостях, если бы не беспрестанное волнение о своих судьбах, судьбах знакомых и родных. Завалишин, как и многие из них вовсе отсутствовали в Санкт-Петербурге в конце прошлого года.
[indent]Среди тех, кто был подвергнут аресту, были оба его зятя: князь Сергей Григорьевич Волконский и Михаил Федорович Орлов, дядя Василий Львович Давыдов. А теперь пришла весть, что и братья Муравьевы-Апостолы тоже под арестом. Как тут было не вспомнить рассудительного Матвея Ивановича и порывистого, жадного до жизни Сергея Ивановича. С последним Александра связывала давняя дружба и годы службы. Отец, Николай Николаевич, и упомянул в письме, что братья Муравьевы-Апостолы увезены в Петербург*.
[indent]Разузнав адрес сестры Сергея Ивановича, Александр давеча заехал с утренним визитом в дом Бибиковых, но лишь оставил визитную карточку с припиской, что желает нанести им визит в любой удобный день. Ответ Бибиковых не заставил себя ждать, и, получив ответную визитку, Александр Николаевич не стал откладывать визит.
Отпустив извозчика, Александр подождал, пока швейцар откроет перед ним дверь и вручил свою карточку. Тот важно кивнув головой,
[indent]- Его высокоблагородие отставной полковник Александр Николаевич Раевский, - послышался эхом в дальней комнате зычный голос лакея, вызывая редкую улыбку на губах Александра. В конце января император предлагал ему вернуться на военную службу, но Александр отказался под предлогом нездоровья. И не без основания. Он давно страдал болезнью ног, по этой причине и покинул службу в 1819 году.

* вольное предположение, наиболее вероятное.

Отредактировано Александр Раевский (2020-11-14 21:46:47)

+1

3

[indent]Город в последнее время казался Катрин разворошённым ульем. Люди обсуждали, делились мнениями, вспоминали былые года и вполне удачную французскую революцию, которая ранее протрясала мир ещё сильнее своей жестокостью и беспринципностью. Кто-то жалел нынешних революционеров, кто-то, конечно же шёпотом, добавлял как было бы сделать лучше, а кто-то ежедневно отправлялся на допросы, чтоб доказать свою непричастность к этому бунту. Женщины показушно бледнели, когда при них упоминали о крови Милорадовича на снегу, а старики говорили о том, что надо бы казнить тех, кто это всё устроил. Это всё в последнее время начинало жутко раздражать Екатерину, которая была на какой-то душевной грани. С одной стороны был Илларион [у которого ещё даже не сошли синяки с лица], вместе с детьми, а с другой братья, которые нуждались в её помощи не меньше. По крайней мере она очень сильно на это надеялась и пыталась сделать всё, что могла: писала письма, в которых упоминала об их заслугах, сильно просила о встречи и в свете первого просила, чтоб им сгладили наказание, пыталась писать письма им самим, поддерживая морально, но была не уверена доходят ли они до них. Её бесило собственное бессилие и какая-то мелочность. Казалось, что она ничего не может для них сделать. Зато больше не волновало, что теперь её не ждали в салонах и на вечерах посматривали косо, слегка испуганно, но заинтересованно. Кто-то в наглую спрашивал о состояние братьев, а кто-то после пятиминутного вежливого разговора уходил. Ведь никому не нужны чужие проблемы и каждый из этих, наверняка, думал, что их это не коснётся. Хотя, слухи о подобных организациях и настроениях на удивление ходили достаточно долго не становясь какими-либо действиями или прочим.
[indent]Этот же светлый и даже солнечный день начался, как и многие. Слегка серая и привычно промозглая погода Санкт-Петербурга, старательно напоминала, что на календаре у нас весна. После завтрака, который по времени скорее был обедом и немного посидев с детьми, Катрин попросила принести ей чернильницу, перья и бумагу с конвертами в библиотеку. В этой комнате ей всегда почему-то работалось намного легче. Высокие книжные полки и забитые книжные шкафы были по-своему прекрасными, а аккуратная мебель с причудливой, совсем не тяжелой резьбой делали помещение ещё более лёгким. Тут даже дышалось легче, в отличие от других гостиных, где зачастую казалось, что всё вокруг давит на тебя. Когда, всё необходимое принесли, она села писать письмо знакомой, которая могла помочь в том, чтоб устроить одну очень важную встречу. Застыв с пером в руке, Екатерина задумчиво посмотрела в окно, не зная как начать, чтоб и просьба так ярко в глаза не бросалась, но и при этом была тоже. В этот момент в коридоре послышались шаги, какое-то шебуршание и она сначала подумала, что это пришёл муж. Тот обычно и не возвращался так рано с рано с службы, но мало ли. В библиотеку зашёл лакей с визиткой, которую аккуратно положил перед ней на стол. Не глядя на неё, она тихо спросила:
[indent]- Кто там пришёл? - в этот момент Катрин попыталась припомнить, а не забыла ли она о какой-либо встрече и отложила перо в бронзовую подставку, сделанную в виде клюва орла. 
[indent]- Его высокоблагородие отставной полковник Александр Николаевич Раевский, - достаточно громко сказал мужчина и внимательно посмотрел на неё, судя по всему ожидая ответа хозяйки дома. Катрин, взяв визитку вспомнила, что уже раньше видела такую и даже посылала в ответ свою. "Точно, он же спрашивал о визите, который и нанёс!" - вспомнила Екатерина откладывая её. Хотя, для неё ещё было небольшой загадкой как он узнал где она живёт.   
[indent]- Просите его в... - она на мгновение задумалась, решая, куда уж будет лучше его пригласить и потом села на своё место за столом. - Сюда. Да, в библиотеку и обязательно распорядитесь о чае, - она кивнула, провожая взглядом слугу, который быстро шёл обратно к входной двери, что-то бормоча себе под нос.
[indent]В это время, она быстро накинула на плечи бирюзовый палантин, который до этого висел на спинке стула. Проведя ладонью по юбке светлого домашнего платья, стряхнула несуществующую пыль и посмотрела на себя в отражение стеклянной дверцы книжного шкафа. Окончательно поправив все локоны, чтоб не выглядеть настолько растрёпанной, удовлетворительно кивнула и выйдя из-за стола, встала у окна. В голове крутилась куча вопросов на которые она никак не могла найти ответа, но она  быстро отогнала их, решив, что займётся ими тогда, когда будет более свободна. Вот уже мужчина вошёл в комнату, она мягко и слегка устало улыбнулась, бесшумно подходя к нему и осторожно подавая ладонь.
[indent]- Здравствуйте, Александр Николаевич. Рада видеть Вас у себя в гостях и познакомиться с тем, о ком так много рассказывал Сергей, - Екатерина ненавязчиво скользит взглядом по тёмным волосам и его лицу, в котором есть что-то уточнённое и одновременно с этим волевое, жёсткое. Затем перестаёт изучать его лицо, ведь пока не узнаешь человека, то рано делать какие-либо выводы.

+2

4

[indent]Стараясь меньше опираться на трость, которая была для Александра сейчас не, сколько модным аксессуаром, сколько необходимой вещью, он вошел в библиотеку, куда его проводил слуга.
[indent]- Екатерина Ивановна, взаимно рад Вас видеть. Много слышал о Вас от Сергея Ивановича, и, надеюсь, ради брата Вы простите столь внезапный визит. Я сейчас не самый желанный гость, - чуть виновато добавил Раевский, прекрасно осознавая, что в столице теперь очень избирательно подходят к тому, кого принимать у себя в доме.
[indent]Атмосфера библиотеки для Александра была куда комфортнее любой гостиной. Взгляд его скользнул по корешкам книг, стоящих за стеклянными дверцами книжных шкафов. Он и сам, возвращаясь из Франции, привез в Россию много книг, мемуаров о французской революции.  Подслеповато щурясь, он попытался прочесть названия книг или авторов, но тщетно. Очки он носил редко, хотя запрет на ношение очков, изданный еще покойным императором Павлом Петровичем, соблюдали уже не так ревностно. И как было не вспомнить рассказ Александра Пушкина о Дельвиге. В Царскосельском лицее ученикам запрещалось носить очки. Антон Дельвиг, страдающий близорукостью, порой вздыхал о тех временах, добавляя: «...Зато все женщины казались мне прекрасными!»
[indent]- Не так давно я получил письмо из Белой Церкви, в котором упоминаются некий события начала января, - Александр смущенно кашлянул в кулак. Погоду северной столицы не сравнить с Киевом. Холод и сырость – были не самые лучшие друзья для него. – Признаться, я в то время не мог располагать собой и не имел никаких известий. Мне написали, что Матвей Иванович арестован в Белой Церкви и отправлен в Москву, а Сергей Иванович был тяжело ранен в январе и дальше о его здоровье ничего не известно. Поэтому я и позволил себе нанести вам визит, чтобы узнать о нем из первых рук, так сказать. Сами понимаете, дело такое, что лишние письма неуместны.
[indent]Александр не был дипломатом и оратором, поэтому не лучшим образом подбирал слова для объяснения Екатерине Ивановне цели своего визита. Он окольными путями уже осведомился, у кого мог о судьбе Муравьевых-Апостолов. Но мало кто что знал или хотел говорить. У Раевского была сейчас вся надежда на эту хрупкую женщину, приходившуюся сестрой его другу. Глядя на ее лицо, он искал схожие черты с Сергеем и другими братьями. Было что-то неуловимо общее. Может темные живые умные глаза? А может взгляд, движения, голос. Даже если этого и не было, Александр хотел найти общие черты сестры и братьев.
[indent]- Есть ли у Вас какие-то сведения о братьях?

Отредактировано Александр Раевский (2020-11-15 23:33:30)

+3

5

[indent]- Конечно же, прощу. Я и сама сейчас не самая желанная гостья, поэтому прекрасно Вас понимаю. Вы проходите, присаживайтесь в кресло. Скоро должны принести горячий чай, - она выглянула в коридор, мысленно уже начиная слегка ругать медлящую сегодня прислугу. Присев в другое кресло напротив, она с мягкой улыбкой заметила его взгляд пробежавшийся по коллекции Иллариона. Это было то немногое, что хранилось в идеальном порядке. Всё же остальное лежало не то что даже не по алфавиту или цвету, а даже не по жанру, чем немного раздражало Катрин. Особенно в тот момент, когда тебе надо что-то срочно найти. Сложив ладони на коленях, женщина стала внимательно слушать.
[indent]За весь его короткий рассказ лицо Екатерины, вроде бы, поменяло несколько оттенков. О многом, точнее почти что обо всём, что рассказал ей Александр она не знала. Она уже мысленно представляла лицо мужа в тот момент, когда она всё-таки спросит, почему он не говорил об этом всём? Вот уж он...Женщина медленно провела ладонью по лбу, смахивая несуществующий пот и почувствовала на секунду как ей стало нехорошо. В отражение книжного шкафа за мужчиной, она увидела как её лицо побледнело, словно полотно. "То есть...Серж ещё и ранен? И он мне об этом не сказал? Как он мог?!" - думала Катрин кивая на его слова и приложила ладонь к губам, отводя взгляд в сторону. - "Подумать только и Раевский об этом узнал даже раньше, чем родная сестра...". Медленно встав, она стала ходить туда-сюда по библиотеке, пытаясь хоть таким образом отвлечься от мыслей, которые крутились в голове каким-то нескончаемым набатом. Ранен, заточены, а почему он ничего не сказал об Ипполите? Как же Поленька, он где? Хотя, возможно, Раевский-старший просто не смог о нём узнать и с ним всё хорошо или он остался в Малороссии и потому о нём ничего не известно. Медленно проведя ладонью по волосам, опять приводя тёмные кудри в творческий беспорядок, Катрин посмотрела на Раевского и отрицательно качнула головой. Сев обратно перед ним, собралась с мыслями и спокойно выдохнула. 
[indent]- Вы не поверите, но я сейчас от Вас узнала гораздо больше, чем за эти две недели от мужа и из переписок, - Екатерина беспокойно теребила край палантина, не зная, что ей делать. - Я даже не знала, что Сергей ранен. Надо будет в ближайшем же письме уточнить о его состояние. А Вам Николай Николаевич ничего не писал о Матвее? Я сейчас веду активную переписку с теми, кто ведёт следствие и прошу хотя бы об встрече с братьями, точнее пытаюсь это делать. Мои письма и мольбы остались неуслышанными. Хотя, мне ли жаловаться. По сравнению с Сержем, Матвеем и Полей у меня всё ещё более-менее неплохо, - она задумчиво нахмурилась и в этот момент в комнату вошла служанка с подносом. Аккуратно поставив поднос с чаем на маленький столик, молча ушла. - Мне кто-то писал, что Вы тоже попали в опалу, ещё из-за восстания на Сенатской площади. Сколько же Вы провели в под арестом? - она взяла в дрожащие руки чайник и разлила чай по аккуратным фарфоровым чашкам и одну из них подала ему.

+2

6

[indent]Александр видел, как волнуется Екатерина Ивановна, как она даже побледнела, поэтому старался в разговоре быть осторожным. Ему хотелось чем-нибудь успокоить ее, но ничего не приходило на ум. Кто знает, не придется ли звать слуг, если той станет дурно. А потом он все решил оставить как есть. В конце - концов, загнанное внутрь волнение и убаюканное нарочитым спокойствием, еще опаснее для ума.
[indent]- Илларион Михайлович и остальные, скорее всего не хотели вас расстраивать, а зная Сергея, думаю, что он и не стал сообщать о своем ранении. Не знаю, разрешена ли ему переписка. Я рассказал вам все, что узнал из почты, - продолжил Раевский, когда та села обратно в кресло. Он только умолчал, что письма получил не от отца, а от графини Браницкой, приходившейся ему родственницей, в имении которой он и жил в последнее время. И именно благодаря Александре Васильевне, они с Николаем не испытывали в Петербурге денежных затруднений. Но какая разница чье перо написало строки, которые привели его сюда.
[indent]-  О Матвее Ивановиче я знаю только, что он отправлен в Москву. Но полагаю, что его потом должны были отправить в Петербург, как и всех, кого, так или иначе затронули декабрьские события. Или январские. Есть информация, что Черниговкий полк в январе поднял восстание, так что сами понимаете, он командир 2-го батальона и…, - тяжело вздохнув, Раевский закрыл лицо руками, медленно проводя ими вниз, словно желая снять усталость. Он был рад и не рад тому, что говорить пришлось с Екатериной Ивановной, а не ее мужем. С мужем было бы проще, не нужно было никакой деликатности или участия, только сухие факты. Это дело для Сергея Ивановича могло обернуться большими неприятностями для него. Да и его братьев тоже. … есть ли его вина или нет, отвечать ему придется.
[indent]Вошла горничная, принеся поднос с чаем. Пока она пристраивала его аккуратно  на письменном столе, чтобы не задеть бумаг хозяйки дома, Александр молча следил за этой церемонией. Возникшая пауза и последний вопрос Екатерины Ивановны позволили Александру сменить немного направленность разговора. Что ж, на их с Николаем примере, можно показать, что не все так плохо в последних событиях.
[indent]- Мне самому жаловаться не на что. Хоть и пришлось вынужденно посетить столицу, но нас с братом менее месяца продержали в здании Главного Штаба. Не могу сказать, что это оставило приятные воспоминания, хоть с нами обходились неплохо. Некоторые из товарищей по несчастью даже посещали кондитерскую неподалеку. Разумеется, в тайне от высшего начальства под честное слово нашего караульного.
[indent]Оказавшихся под арестом занимали куда более серьезные мысли, чем сладости. Все понимали, что одно неосторожное слово или названная фамилия на допросе и последуют новые аресты, или они будут обвинены в сокрытии информации и выгораживании заговорщиков. Александр и сам чувствовал, что в России нужны перемены, и отчасти был согласен с Орловым, например, с которым вел переписку. Но не так… Не так, как случилось в декабре.
[indent]- Я не спрашивал, были ли вы в декабре на Сенатской площади. Слышал было много раненных и даже убитых. Печально, что император вступает на престол при таких событиях. Но что же Вам известно относительно братьев?
[indent]Чай так и стыл в фарфоровой чашке, пока Александр говорил о том, что ему известно. Может он и не прав, говоря все это сестре Сергея, как бы она не слегла с нервами. Хотя он видел из ее слов, что та ведет активную переписку относительно судьбы своих братьев, а значит, его слова могут помочь.

Отредактировано Александр Раевский (2020-11-16 16:17:26)

+2

7

[indent]- Вполне возможно, что Вы правы, но волноваться я всё равно за него стала бы, что он там ни говорил и как бы не пытался меня держать в блаженном неведение, - она слегка раздражённо покачала головой и кивнула, сцепляя руки. Отвернувшись, посмотрела на серую погоду за окном и поджала губы. Уж что-что, а свои эмоции Катрин никогда не умела скрывать. Особенно, когда её что-то сильно волновало или раздражало. Медленно поправив волосы, которые лезли в глаза, женщина задумчиво улыбнулась, точнее постаралась это сделать, отпивая чай из своей чашки. Внимательно выслушав информацию о Матвее, отвела взгляд и выдохнула. Хорошо, если с ним действительно всё хорошо, а-то мало ли кто ещё захочет поберечь её нервы. Правда, к старшему брату было больше вопросов, которые никак не находили ответов. - Да, я понимаю. Уж, такова судьба офицерского состава - отвечать за поступки своих подчинённых. Теперь нам остаётся лишь надеется, поддерживать и ждать, а второе самое жестокое испытание из тех, что досталось нам. Про письма от них...По крайней мере я не получала. Может быть, им разрешено слать их только кому-то одному из семьи и они разумно выбрали отца, ведь он может больше сделать в этой ситуации и дать совет, - Катрин поставила чашку на столик и посмотрела на Раевского. Она невольно замечает усталый жест, прекрасно понимая все его чувства.  Все эти события выматывали и не давали продыху, напоминая на каждом шагу о тех неприятностях, которые свалились на их семьи. 
[indent]Дослушав его рассказ о собственных "приключениях" в связи с последними событиями, она опять задумчиво покачала головой, прикусывая губу. "Да, лихо им досталось с братом, благо всё прошло более чем хорошо и их отпустили..." - подумала Катрин, внимательно смотря на него. В глазах читалась неприкрытая усталость. Возможно, если были так милостивы к Раевским, то и к Муравьёвым-Апостолам тоже проявят благосклонность? В сердце вспыхнул неяркий, слабый огонёк надежды. Значит, то что она делает не зря, надо дальше продолжать посылать просьбы и пытаться что-то сделать, чтоб им помочь. Правда, она же и понимала, что если они действительно замешаны в этом всём, то жалости к ним проявят явно меньше, чем к братьям Раевским. Аккуратно встав, прошла к окну и вновь обернулась к Александру Николаевичу, когда услышала вопрос. На красивом лице промелькнула какая-то грусть и она нахмурилась, присаживаясь на подоконник.
[indent]- Ровным счётом почти ничего. Знаю лишь, что они в Петербурге, что находятся под стражей, обвиняются в государственной измене, вроде бы. Точно не помню, как это формулировал Илларион Михайлович, но теперь благодаря Вам я узнала намного больше. Большое спасибо, что всё это рассказали, - она потёрла висок, раздосадовано взмахивая руками. - Единственное боюсь, что от моих просьб, да прошений толку ноль. В тот день на Сенатской был мой муж. Меня же оградил Господь, я была дома вместе с детьми к счастью, хотя и хотела пойти. Он провёл всё время подле императора, - про то, что он был побит своими же Катрин говорить не стала. Если он захочет, то сам расскажет откуда у него такие синяки на лице при личной встрече. - Да, я тоже слышала, что погибло много гражданских. У моей хорошей знакомой погибла там малолетняя дочь, которая была на руках. Страшно, как страшно теперь. Повсюду видят заговорщиков, их пособников. Уже не помню от кого слышала, что недавно арестовали князя Волконского, а Ваша кузина приходится ему супругой, если мне не изменяет память. Как она?

Отредактировано Екатерина Бибикова (2020-11-24 10:39:44)

+2

8

[indent]- Будем надеяться, что это так и Ваш отец даст разумный совет своим сыновьям и использует все свои связи для помощи им, - почти с усталостью в голосе сказал Раевский, думая что сколько же сестер, жен и матерей вот так же, как и Екатерина Ивановна, ждали вестей от тех, кто попал в этот водоворот, вызванный не только декабрьскими событиями, но и январскими.  Так же писали всем письма, надеясь хоть чем-то облегчить участь своим родным.
[indent]Как же эта беседы была далека от легких салонных тем.  Сейчас каждое движение Екатерины Ивановны выдавало скрытое волнение. Досадливый взмах руки лишь дополнил слова сожаления. Александр смотрел на нее и невольно думал о своих сестрах, о своей матери и об отце.
[indent]- Вы же были фрейлиной при Великой княгине Екатерине Павловне, а ваш старший сын крестник покойного императора Александра. У вас же много знакомых при дворе. Неужели они откажут в содействии хотя бы писать братьям, получать письма? Ваш муж занимает должность директора канцелярии начальника Главного штаба, он был флигель-адъютантом покойного императора, неужели он не может применить свои связи?
[indent]Начатая с воодушевлением речь постепенно сошла на нет, как исчезает ручей в песках, уже не струясь меж корней деревьев, а уходя вглубь. Что значат все знакомства, когда тебя касается беда. Александр вздохнул и, поставив опустевшую чашечку тонкого фарфора на стол, посмотрел в окно. Прошло слишком мало времени, чтобы волна, всколыхнувшая общество, улеглась. Знакомства и связи всегда были в России несокрушимой силой. Кто-то из его приятелей как-то пошутил, что эти связи посильнее массонских клятв.
[indent]- Да, арест князя Волконского арестовали в начале января, - рассеянно начал Александр, - мне отец писал об этом. Сергей Григорьевич женат на моей сестре Марии. И мы все очень надеемся на справедливость и милость императора.  Мари недавно родила сына. Тоже в начале января. Роды, как писал отец, были не легкими, поэтому он и не выехал в Петербург. Но сейчас здоровью моей сестры ничего не угрожает. Она хочет приехать сюда, в Петербург, но я считаю это неразумным.
[indent]По письмам отца было ясно, что Мария не просто хочет приехать, а буквально рвется в Петербург, наплевав на свое здоровье. Она готова даже оставить новорожденного сына.  Как помнил Александр, то во время медового месяца, который молодая княжеская чета проводила в Гурзуфе, между Марией и мужем не было согласия. Напросив, она жаловалась и ему, и Николаю, и сестрам на поведение Волконского, который, по ее словам, был иногда резок, избегал её и даже был несносен. 
[indent]- Вероятно, ваш муж сейчас на службе и мне не удастся его повидать. Возможно, он знает гораздо больше чем вы. Простите, я волнуюсь за ваших братьев, хотел стравиться о здоровье, узнать нужно ли чего. Я еще долго пробуду в Петербурге, поэтому могу быть  чем-нибудь  полезен.

+1

9

[indent]- Я тоже очень сильно на это надеюсь. Уж кто-кто, а Иван Матвеевич умеет дать хороший совет в такое время, - она покачала головой и в следующий момент оторопела. Оказывается Александр Николаевич знал о ней намного больше, чем сама Катрин о нём. Скрыв своё удивление, села обратно в кресло напротив и аккуратно поправила мешающийся локон, задумчиво смотря на него. Что толку во всех этих знакомствах, когда ты от братьев даже писем не получаешь? Что толку в регалиях и письмах, если они не будут просто просмотрены из-за того, что пишет сестра революционеров? Что толку в том, что её Что толку в разговорах мужа, если и его подозревают в содействие бунтовщикам, постоянно допрашивают, будто бы и он тоже был вместе с ними за одно, а не был подле императора? Что толку в этом всём, если она сейчас в глазах окружающих не та дама с которой нужно общаться. Хотя, когда это её пугало отторжение общества? Немного подумав над его словами, выпрямилась, сложила ладони на коленях и посмотрела прямо глаза в глаза. В его чертах лица и движениях ещё больше проявилась усталость. Да, этот арест, судя по всему, его вымотал до крайности.
[indent]- Александр Николаевич, а Вашей семье сильно в данный момент помогают знакомства? Простите за мой ответ вопросом на вопрос. Просто, ситуация сейчас поворачивается так, что мы все оказываемся не в самом лучшем положение. Сами понимаете, то чувство, когда ваш родственник находиться под следствием. А мой муж...Увы, он хоть, как Вы правильно подметили, и флигель-адъютант покойного императора, но тоже сейчас находится под дамокловым мечом нашего правосудия, - она мягко улыбается, вздыхает и начинает внимательно слушать.
[indent]История сестры Раевского, Марии была очень трагичной. Сын, муж, братья, знакомые. Как же много свалилось на эту женщину. Увы, познакомиться с ней ей не удалось, но теперь появилось какое-то непреодолимое желание помочь ей. Только как? Увы, пока, это было не возможно, но Бибикова уже поставила мысленно заметочку о том, что надо будет попозже подумать об этом.
[indent]- Да, ситуация ужасная, - задумчиво протянула женщина, потирая подбородок. Даже думать не хотелось о том, что бы было, если бы и Илларион оказался замешан во всём этом и поэтому она понимала возможную силу переживания Марии. - Мне кажется наоборот, это будет лучше для неё, чем, во-первых, постоянно переживать от неизвестности и ждать пока дойдут новости. Не думаю, конечно, что самому князю станет от этого легче. Может быть, даже труднее, но во времена испытаний лучше держаться вместе и трудности тоже переживать вдвоём, - она на секунду умолкла, затем посмотрела в сторону своего стола и услышала тихие шаги. В комнату вошёл слуга, принося ей записку с знакомым бисерным почерком на внешней стороне. Положив её к себе на колени, посмотрела на своего собеседника, кивая.
[indent]- Да-да. Он на службе сейчас день и ночь. Его то допрашивают, то он сам присутствует на допросе подозреваемых в этом всём. Прошу прощения, Александр Николаевич... - она стала вчитываться в строки написанные мужем. - С братьями всё хорошо, даже ранение Сержа его уже почти не беспокоит, - прочитала она первую часть, мягко улыбнувшись. Вторую часть, где он извиняется за то, что не сможет быть на ужине, девушка решила опустить. Переведя взгляд на Раевского, вздохнула. - Хоть какие-то хорошие новости. Я понимаю Ваше волнение и надеюсь, что вся эта ситуация уляжется рано или поздно, и всё будет хорошо. Александр Николаевич, я так же хотела бы попросить Вас, если появится какая-то информация о братьях, то напишите и мне, пожалуйста. Мне очень важно знать, что с ними.

+1

10

Увы, Екатерина Ивановна была права – знакомства мало помогали. Сейчас общество было похоже на растревоженный улей. Александр и в дом Бибиковых не сразу решился нанести визит, а вначале собрал все сведения какие мог сам. Были, конечно, и те, кто вопреки всему писал, поддерживал, помогал деньгами, используя свое влияние и связи. Да хоть Пушкин – тот, как знал Раевский, был обеспокоен тем, что его друзей коснулась беда.
- Не знаю, не знаю, - покачал головой Александр в ответ на слова Бибиковой о Марии. Отец, судя по письмам, так волновался об ее здоровье еще совсем недавно, что ее приезд в столицу напрасен. Да и ребенок совсем мал, чтобы брать его с собой или оставить в Болтышке или Каменке. Но, с другой стороны, он понимал, что и Волконскому нужна поддержка. Да и второй зять – Орлов тоже в крепости.
- Вы правы, Екатерина Ивановна, будем довольствоваться теми  хорошими новостями, что есть и надеяться на лучшее. – Понимая, что его визит затягивается, Раевский встал, и подойдя к хозяйке дома, почтительно взял ее руку в свою. – Если у меня будет хоть малейшая информация, способная заинтересовать вас, то я напишу вам, а по возможности, сообщу лично. Наш государь справедлив и милосерден. Начало его царствования было непростым. Много недоразумений, наговоров и оговоров.
Хоть Александр и подозревал, что за братьями Муравьевыми-Апостолами есть вина, но не говорить же это Екатерине Ивановне. Тайные общества целой сетью опутывали лучшие умы юга, и Сергей с Матвеем были одними из лидеров Южного общества. Но сколько было этих союзов… Раевский хотел надеяться, что не все так серьезно. И эти аресты лишь волна необдуманного и плохо спланированного восстания на Сенатской площади, да убийства Милорадовича.  Михаила Андреевича Раевскому было искренне жаль. Талантливый генерал, прошедший не одно сражение, а не отсиживавшийся в штабе, не заслуживал пули в спину. Подлый поступок .
Откланявшись, Раевский вышел из дома и около него тут же остановился извозчик.
- Куда прикажете, Ваше высокоблагородие?
- В Лавру, - приказал Раевский, усаживаясь в сани и укрывая ноги полостью.

Эпизод завершен

0


Вы здесь » 1825 | Союз Спасения » Архив эпизодов » Букет розмарина и руты


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно